Мнения

выборы

«Русский мир», который строит Петр

«Русский мир», который строит Петр

Украинский президент превратил патриотизм в политический товар. И довольно успешно продает его избирателям. «Мы идем своим путем!», «Прочь от Москвы!». Скажем Путинской Империи Зла, имперскому и советскому прошлому: «окончательное прощай!». Мы идем в Европу. В ЕС и в НАТО! Это едва ли не самый важный аргумент его избирательной кампании.

Да, нам определенно не хочется жить в «русском мире». Для нас Евромайдан был о том, что мы — не «русский мир». Что мы часть Европы. Мы европейцы. И Украина — не Россия.

Но давайте разберемся, что такое «русский мир»? Это не только территория. Это, прежде всего, ментальность. Свод писаных и неписаных правил и принципов, по которым живут люди в «русском мире».

Прежде всего, в российском обществе — власть сакральна. Она дана народу сверху. Богом, провидением, судьбой. Власть священна, не обсуждается и не критикуется. Ее принимают такой, какая она есть. Власть почти никогда не ошибается. А если и ошибается — народ должен это стойко принять и бороться с последствиями. Если власть — это единственный гарант безопасности и стабильности, ей прощают очень многое. Власть нельзя менять. Политическая конкуренция — зло, а сменяемость власти — причина смуты. Сменить власть означает погрузить государство в «темные времена», в революции и бунты. А этого допускать нельзя. Власть обеспечивает стабильность государства и общества.

Враги, страх и война — важнейшие понятия «русского мира». Сплоченность и мобилизация являются одним из важнейших элементов такого мировоззрения. «Весь мир против нас. И нам нужно выстоять в этой борьбе». Единение общества вокруг правителя для борьбы с врагом, любовь к государю и государству — это путь к самоспасению. Война с врагами и страх делают государство прочнее, а народ более сплоченным.

Внешний враг «русского мира» — США. Но есть еще и внутренний враг. Гнилые либералы, политические конкуренты, масоны, агенты мирового сионизма и капитализма. Критиковать власть могут только враги. Каждый критик власти — явный враг или тайный агент врага. Они опасные, лживые, аморальные, смешные, нелепые и бесперспективные. Поэтому не имеют поддержки народа. С ними нужно расправляться не задумываясь. Стоит пойти у них на поводу, как в стране сразу же начнется смута как в трагические 90-е. Врагов много. А президент — всегда один.

Еще одна угроза благосостоянию — свободные СМИ. Все должны говорить и писать о власти только хорошее. Критике здесь не место. Она может развалить государство. СМИ должны быть под контролем. Журналистика «русского мира» — это когда власти задают вопросы, на которые ей удобно отвечать. Это когда в интернете и на телевидении разоблачают врагов и восхищаются достоинствами первых лиц государства, прославляют победы родного отечества и подвиги спецслужб. Неудобные вопросы — это судьба вражеских провокаторов. Они — информационные диверсанты и саботажники. В «русском мире» нет журналистики. Есть отлаженная и активная информационная индустрия пропаганды.

Духовные скрепы — показательный элемент «русского мира». Церковь, религия и вера здесь не отделены от государства. Здесь это часть политики. Только единая церковь может управлять духовными делами народа. Это не личное дело каждого человека. Есть единственная духовно-религиозная линия, определенная государством. Нарушив ее, ты становишься неблагонадежным. И попробуй только оскорбить чувства верующих своей свободой совести. Ответишь по закону.

«Русский мир» это иерархизированное, сословное общество. Чем ближе ты в этой пирамиде к верховной власти, тем выше твое благосостояние и тем больше у тебя возможностей. В эту картинку неплохо вписываются олигархи, крупный капитал и сановные чиновники. «Царь» окружает себя «боярами». Олигархи в «русском мире» делятся на своих и чужих. «Хорошие олигархи» приняли политику власти. А «плохие» бежали за границу. Сели в тюрьму, как Ходорковский. Или «случайно» утонули в ванне, как Березовский. Все правильные олигархи входят в кооператив «Озеро» и является частью власти, имея доступ ко всем государственным богатствам и пользуясь всеми привилегиями. Коррупция принимается как данность, как естественное состояние феодальной экономики.

В «русском мире» чиновник никогда не будет жить, как простой гражданин. Это не по чину. Уважение здесь определяется его положением на властной пирамиде, определяется его лояльностью к режиму и его связями. У него нет обычной квартиры, он не ходите пешком на работу в современный офис. Он живет в собственном загородном дворце и ездит на работу по встречной с мигалками. Их кабинеты расположены в государственных «дворцах» с длинными коридорами, ковровыми дорожками, столами с малахитовыми пресс-папье и лепниной на потолках.

Подождите, но если убрать из текста Путина, Кремль, Москву и Россию — то все это и нам очень знакомо. Все это и о нашей власти. Родной украинской. Разве не это нам с экранов телевизоров, с рекламных плоскостей на улице и в Интернете постоянно предлагает наш президент — Петр Порошенко?

Политика страха перед нападением врага. Устойчивый симбиоз двух президентов, когда обоим выгодно поддерживать образ врага. Для Путина — это Украина, которая легла под США. А для Порошенко — Путин, Кремль и война на востоке Украины.
Все конкуренты нашего президента — враги и агенты Кремля. Все, кто его критикует — пятая колонна. Ему нет альтернативы. Или он, или Путин нападет! И религия теперь стала государственным делом. А получение Томоса главным событием в истории страны.

Не новые дороги, не 5G-интернет по всей стране, скоростные поезда и автобаны из Киева в Европу, не собственные заводы электромобилей, не ракетостроение и инновационная экономика, а духовные религиозные скрепы собственного национального разлива.

Сословно-феодальная экономика, как и в «русском мире», намного выгоднее для нашего президента, чем экономика независимая и креативная. Никуда не делись олигархи, бывшие хозяева жизни. Теперь у них новый покровитель — один и главный олигарх в президентском кресле. Теперь коррупционная дань течет в его кабинет. Его преданные вассалы получают в стране целые отрасли экономики в промысел, окружение — должности во властных кабинетах и целые новосозданные министерства. А несговорчивым путь в Амстердам, Женеву или Израиль, лишение гражданства, а их активам — национализация.

Стиль жизни нашего правителя такой же, как и у его предшественника. Такое же многогектарное имение с собственной церковью. Кортежи с мигалками. И тот же кабинет с тяжелыми шторами на окнах, за которым улица, отгороженная высоким чугунным забором от простых людей.

Свобода слова? Да, пока ее у нас больше, чем в РФ. Но за пять лет Петр Алексеевич настойчиво брал медиа-пространство под свой контроль или лично, или с помощью своих вассалов. Дадим ему еще пять лет, и свобода слова будет только в интернете. Но и в интернете идет активная работа его личных информ-войск. Они мочат неугодных, обмазывая грязью всех, кто решился быть несогласным. А сам президент лично читает посты критиков в Фейсбук и может отчитать по телефону за неправильную позицию. А будешь настойчивым — тобой займутся СБУ или прокуратура.

Вспомните, Путин сначала был демократом. И первый свой срок «поднимал Россию с колен» под общие аплодисменты либеральной публики. А потом был второй срок. Третий. И что такое ротация власти россиянам пришлось забыть. Как и о правах и свободах.

Считаете, такой сценарий не для нас? Мы не видим этих угроз, ослепленные своим «стокгольмским синдромом» поддержки президента, которого избрали в 2014-м.

Принимая патриотический «гипноз» хозяина Банковой, нам не хочется терять иллюзию, что мы на правильной стороне баррикад. Мы глохнем и слепнем, когда вдруг натыкаемся на преступную сущность нашей власти. Мы теряем память и уже не помним, что сегодняшний президент — бывший член фракции СДПУ (о), политик, который стоял у истоков создания объединения «За ЕДУ» вместе с Партией регионов, бывший министр экономического развития и торговли в правительстве Азарова при президенте Януковиче. Мы не замечаем его бизнес-связей с РФ, участия в олигархических коррупционных схемах. Не хотим видеть его сотрудничества с Медведчуком в общения с Кремлем.

Но идем ли мы прочь от Москвы? В Европу. Где сменяемость власти — это хорошо. Где честные выборы без подкупа — это норма. Где закон один для всех. Чиновники живут жизнью среднего класса, ездят на работу на велосипеде. Где, чем больше свободных СМИ, тем лучше. В Европу, где люди свободны в своем мировоззрении. Где разнообразие культур, взглядов и религий — обычное дело. И закон защищает всех одинаково. Где государство старается не вмешиваться в жизнь граждан и в экономику. Где уважают предпринимателя и налогоплательщика, а власть — наемный и подконтрольный сервис для граждан. Где общественным трендом является наука, технологии, прогресс, а не религия.
А то, что уже пять лет строит в Украине Петр Порошенко — это его личный «русский мир», одетый в вышиванку украинского патриотизма. Дадим ему еще пять лет и различий между Киевом и Москвой можем уже не найти.

Жить в таком мире я не хочу. А вы?

Источник

Комментарии (2)
Для того, чтобы оставить комментарий, Вы должны авторизоваться.
Гость
Михайло Золотухін
Михайло Золотухін 03 марта 2019, 10:41

Московія( законна назва Росії) веде гібридну війну проти України. В цій війні може протистояти Московській орді тільки Порошенко. Тому Порошенко- на другій термін.

-3
Vega Vega 27 февраля 2019, 15:45

"Принимая патриотический «гипноз» хозяина Банковой, нам не хочется терять иллюзию, что мы на правильной стороне баррикад."

Только , если вы полные дауны.

2
реклама
реклама
Павел Вернивский
Украина строит аграрную экономику и тот рост, что мы сейчас наблюдаем, это все, на что эта экономика способна. Предпосылок для ускорения этого роста нет и, к сожалению, не предвидится. Страна проедает большую часть капитала, чем фактически убивает все перспективы будущего развития. Ещё хуже, что страна с каждым годом увеличивает свою зависимость от внешних займов, которые так же уходят на проедание. Ещё проблема нашего государства в том, что ему нужно выплачивать с каждым годом все больше и больше средств, которые могли быть потрачены на развитие. Помимо этого, сама аграрная экономика более нестабильна, чем промышленная, так как цены на продукцию постоянно меняются, что делает невозможным прогнозирование любых доходов, при этом расходы на обслуживание внешних кредитов являются более постоянными. Вот по этой причине я довольно пессимистично отношусь к результатам реформ.