В новом романе «Теллурия» главный российский концептуалист Владимир Сорокин рассказывает о будущем, но иронизирует над настоящим

Владимир Сорокин выдает новые произведения примерно раз в два года, а романы и того реже. Предыдущий вышел в 2005 г., он назывался «23 000» и завершал фантастическую трилогию, в которую вошли также «Лед» и «Путь Бро». Свежее сочинение Сорокина — снова фантастическое.

Дело происходит в Европе в конце XXI века. Мир пережил несколько глобальных войн, развалился на мелкие княжества и погрузился в просвещенное Средневековье. Тамплиеры ходят в крестовые походы, вместо бензина в обиходе лошади и топливо из картофеля, массовое потребление сменилось натуральным хозяйством.

О том, что это все‑таки будущее, напоминают роботы, сверхмощные персональные компьютеры-умницы и генные технологии, используемые в быту. Мир населяют карлики, великаны и люди со звериными головами. Однако и у фантастических существ, и у людей одна ценность — дефицитные гвозди из редкого металла теллурия, их забивают в голову, чтобы погрузиться в состояние счастья.

Сложить цельную картину мира читателю придется самостоятельно. Роман состоит из 50 глав, не связанных между собой ни героями, ни сюжетом.

В этом калейдоскопе всплывают отсылки к повести «День опричника»: в Москве будущего правят православные коммунисты — они так и не достроили большую стену, которую заложили опричники. «Кирпичи разворовали», — объясняет один из героев. Тут уже Сорокин переходит к издевкам над настоящим.

Особенно досталось современной интеллигенции — в романе есть отдельная глава о буддисте Викторе Олеговиче (автор, разумеется, прямо намекает на Виктора Пелевина), который наблюдает за происходящим на Болотной площади.

Некоторые главы написаны былинным языком, есть фрагменты, стилизованные под русскую классическую литературу, иногда монологи героев выглядят как потоки сознания.

Подобными литературными экспериментами Сорокин занимался еще в своих ранних произведениях, таких как «Норма», «Роман», «Сердца четырех». Но в «Теллурии» эти же приемы выглядят как самопародия, поскольку градус иронии стал выше. Тексты Сорокина вообще не стоит воспринимать всерьез и буквально. Поскольку в таком случае получится увидеть только педофилию, каннибализм, череду сцен сексуального насилия и прочие отвратительные вещи, а не остроумные концептуальные метафоры.