Кто кого снимает

Воскресенье, вопреки ожиданиям и страхам, вышло некровавым. Акцию уже трудно назвать Майданом. Число участников вышло далеко за пределы топографической локации, заполнив центр Киева и прилегающие улицы.

Но слово «миллион» я бы тоже использовал осторожнее, заменив на «количество людей, прежде никогда в этом месте не виданное». Как для древних греков Вселенная, ойкумена — лишь то, что до горизонта.

Скидывание нашего Перуна, то есть памятника Ленину, запоздавшее почти на четверть века, вызвало скромное одобрение народа и полный восторг власти, приунывшей без ожидаемого вандализма. Администрацию президента защищали от провокаторов две цепи гражданских активистов.

В целом власть продолжает прыжки на граблях. Ночное побоище студентов увеличило протест в разы. Воскресное вече своим масштабом обязано прежде всего судам, последовавшим за провокацией у администрации президента.

Оформилось несколько скучных безуспешных клише. Ляшко пытается стать Жириновским, Корчинский — Лимоновым, Яценюк — Навальным.

Партия власти обманчиво тихо присела на корты и нервно курит. Европа морщит носик, но, так же тихо признав, что облажалась с предыдущими миссиями, начинает присылать на переговоры людей посерьезнее.

Удивила художественная интеллигенция, объявив сбор подписей уже после всего-всего. Обычно она была всегда в этом деле первой, за что ее сажали и уважали. А тут вроде как не за что.

Отметим тактическую победу оппозиционных партократов над гражданскими активистами. Доминированием партийных знамен над европейскими воскресный Майдан обязан депутатам «Батьківщини», жестко поговорившим накануне со студенческими лидерами Евромайдана.

Партийцы почувствовали слабый аромат свежемолотой власти, а это запах, который однажды властью укушенного быстро превращает в политического зомби.

Но у оппозиционных партий наступает момент истины. Ведь евроинтеграция начинается с евростандартов, прописанных в договоре об ассоциации.

А «Свобода» ментально еще где‑то партизанит во Второй мировой. «Батьківщина» — это просто советский облпотребсоюз. «УДАР» — количественно и качественно — кооператив эпохи перестройки.

Подавляющее большинство людей на всех акциях протеста — беспартийные. То, что они строят гражданское общество как умеют, вовсе не означает, что они хотят к вам в партии.

На улице — двадцать первый век. Не двадцатый, господа. Улыбнитесь, вас снимают скрытой камерой Евросоюза. Все будут потом хохотать, а вы — краснеть.