Интересы

реформы

Слухи и кривотолки помешали проведению переписи населения Российской империи в конце XIX в. Недостоверные демографические данные притормозили налоговую реформу

Слухи и кривотолки помешали проведению переписи населения Российской империи в конце XIX в. Недостоверные демографические данные притормозили налоговую реформу

Во времена Российской империи всеобщая перепись состоялась всего лишь один раз — в 1897 г. Ее результаты, по мнению современников, были не вполне достоверными. А ее проведению помешала боязнь подданных раскрывать некоторые сведения о себе.

Отношение к переписи

До 1897 г. переписи периодически проводились лишь в отдельных местностях и городах. Изначальная их цель — ведение учета налогоплательщиков, в то время как жители, освобожденные от взимания податей, не учитывались. В 1678 г. такая ярко выраженная фискальная направленность переписи даже привела к кровавым бунтам в некоторых городах, в том числе расположенным на территории современной Украины. Ведь для того чтобы народ не срывался с оседлых мест, тем самым избегая переписи, а соответственно, в дальнейшем и уплаты податей, населенные пункты окружали солдаты.

Поменять отношение к учету люда попыталась Екатерина II, которая распорядилась перед началом переписи проводить разъяснительную работу, а также не направлять к месту проведения воинские подразделения. Однако оценка подданными подобных ревизий не изменилась вплоть до отмены крепостного права, а затем и проведения фискальной реформы, в ходе которой было снижено количество податей для крестьян, но в то же время возрос налоговый гнет на горожан.

Именно поэтому к переписи 1897 г. различные слои населения отнеслись по‑разному. Толки о прирезке земли охватывали все крестьянское население, слухи о новых налогах — городское. Также большое распространение получили и трактовки религиозного характера, зависевшие главным образом от количества явных и тайных сектантов, которые жили в той или иной области.

Чего боялись на селе

Деревенское население перепись восприняло в целом позитивно, хотя большинство крестьян не понимали для чего все это. «Что ни говори, возражали мужики, подумав, а из‑за таких пустяков (количество населения, пол и пр.) столько тревоги не сделают», — писал в своем отчете один из счетчиков, работавших в Мышкинском уезде. Чтобы объяснить монаршью причуду, выдвигались самые невероятные версии. «Нас отобрали у господ, они обеднели и добыть им негде, да и не могут — они слабосильны и нежны. Вот батюшка-царь их жалеет и дает им кусок хлеба. Ведь шутка ли, переписать да пересчитать всю Россию, им надолго хватит. Чай, сто миллионов изведут», — рассуждали крестьяне Юрьевского уезда.

При этом оптимистически настроенные селяне до последнего надеялись, что главная задача переписи — установить малоземельных крестьян и увеличить им наделы. «Практически все толки среди народа сводились к тому, что земли мало, а вот теперь всех перепишут и прибавят земли по числу едоков», — писал один их счетчиков Буйского уезда.

Однако чего действительно боялись крестьяне, так это увеличения срока солдатской службы или же начала новой войны. А то, что в переписные листы заносят не только мужчин, но и женщин с детьми, объясняли просто: «Во время войны в войсках и женщинам найдется место по уходу за ранеными».

В тех редких случаях, когда крестьянам удавалось выяснить истинное значение переписи, они спокойно подчинялись ей, но начинали относиться к мероприятию безразлично. С этого момента такая дорогая государственная затея не имела для них никакого значения.

Страхи горожан

Пересуды о налогах, циркулирующие среди горожан, отрицательно влияли на ход ревизии. В особенности негативное значение оказывал включенный в переписные листы вопрос о побочных занятиях. Сведения о них, по мнению населения, собирались не иначе как за тем, чтобы установить новые налоги и / или увеличить существующие.

Ввиду этого жители городов стремились не отвечать на этот вопрос и даже скрывали, что имеют побочные занятия. Домовладельцы боялись увеличения квартирного налога, ремесленники предполагали, что перепись приведет к дополнительным сборам. «Купцы смотрели на счетчиков косо, отвечали на вопросы неохотно, иногда даже удивлялись, зачем их тревожат, и отсылали за требуемыми сведениями в городскую управу: мол, «там нас хорошо знают, и все могут рассказать». Очевидно, что они видели в переписи не более чем новое фискальное средство», — отмечали в журнале «Русское богатство».

Религиозные кривотолки

Среди евреев было распространено мнение, что перепись имеет отношение к вопросу их выселения за пределы России. Представители раскольничества полагали, что ревизия знаменует возобновление гонений против их учений и назначена для их искоренения — якобы после ее проведения все сектанты будут обращены в православие и сосланы в Сибирь. Поэтому в некоторых губерниях они всеми способами старались избежать учета.

Бегуны (одно из беспоповских направлений старообрядчества), которых было немало в центральных областях России, скрывались в подпольях и на чердаках. А вот тираспольские самопогребатели (еще одна секта) даже оказывали физическое сопротивление счетчикам, чтобы те их не могли переписать. А в одной местности среди верующих даже распространился слух, что ревизия производится за тем, чтобы найти антихриста, который родился именно в этом году, но неизвестно где находится.

Естественно, никто «ди­тя дьявола» не искал, впрочем, как и не последовало никаких притеснений иноверцев. В то же время понижение фискальной нагрузки на крестьян и ее повышение для городского населения продолжалось. Но прямой связи между проведенной переписью и реализуемой налоговой реформой не прослеживается, так как последняя началась значительно раньше.

Завантаження...
Комментарии (0)
Для того, чтобы оставить комментарий, Вы должны авторизоваться.
Гость
реклама
реклама