Технологии

реформы

Дмитрий Шимкив: «Через год уже станет актуальным внедрение 4G»

Дмитрий Шимкив: «Через год уже станет актуальным внедрение 4G»
Фото: Иван Черничкин

В приемной заместителя главы администрации президента Дмитрия Шимкива нет пафосных музейных картин в отличие от других помещений АП. «Дмитрий Анатольевич не любит все эти золотые рамки, поэтому сразу их снял», — рассказывает одна из сотрудниц. Вместо этого на стенах таблички с правилами поведения в американской тюрьме «Алькатрас»: «Правило № 21: вы обязаны делать всю работу, которую вам скажут». Шимкив пришел в администрацию президента около двух месяцев назад. Экс-руководителю компании «Майкрософт Украина» предстоит координировать проведение административных, социальных и экономических реформ. Начать планирует с электронного документооборота, внедрения мобильной связи 3G и 4G. Но здесь и появились первые трудности.

— Дмитрий, как за время работы в администрации президента изменилось ваше видение процессов в стране и необходимых ей реформ? С каким настроем вы впервые пришли на работу и с каким приходите сейчас?

— Оказавшись в этой среде, я понял, что есть мои ожидания, есть эйфория и ожидания общества, а есть реальность (о ней меня, кстати, предупреждал президент). В бизнесе или даже общественных организациях люди привыкли принимать решения быстро. А нынешняя государственная система не способствует быстрому принятию решений. Есть очень много политических вопросов, а также влияние человеческого фактора.

Но есть и позитивные наблюдения. Мы обычно как думаем: всех уволить. Но есть большая часть госслужащих, настоящих профессионалов. И мы должны сказать им спасибо, что они остались здесь. Кстати, именно они предлагают системные качественные разработки. Таких сотрудников нужно оставлять и заботиться о них. Если вы думаете, что у меня большой конкурс на работу, то ошибаетесь. Один из моих любимых вопросов претендентам: «А как вы собираетесь себя финансово содержать?» Я сейчас ищу модели, как можно финансировать людей, которые могут прийти работать в государственную службу. Они профессионалы, патриоты и могут быть полезны. Но им нужно кормить детей. Я спорю со многими, которые мне доказывают, что работать за копейки — это патриотизм. Объясню очень просто: искушений здесь много, их сюда пачками несут. И чтобы не поддаваться им, человек должен иметь достаточно средств для существования.

В бизнесе немного людей работают 24 часа в сутки, немного трудятся по выходным. И нужно отдать дань тем, кто здесь работает. Есть те, кто работает с 9:00 до 18:00, а есть те, кто продолжает выполнять свои обязанности, пока свои дела не закончит президент. Поэтому нужно быть очень осторожными, когда мы подводим всех чиновников под одну гребенку.

— Поскольку многие вещи оказались сложнее, чем вы ожидали, изменились ли заявленные ранее планы по проведению реформ?

— Трудности — это же интересно!

— Одной из первых реформ должно было стать внедрение электронного документооборота. Недавно вы за­явили, что администрация президента уже отказалась от бумажек…

— Смотрите, что происходит: мы перевели в безбумажную форму ту часть процессов, которые в мире делаются с помощью электронной почты. Следующий этап — работа с обращениями граждан, этот процесс уже тестируется в отделе. Сначала письма от граждан оцифровываются. Дальше мы работаем с ними в электронном виде — это удобнее и быстрее. Чтобы перенаправить эти письма в другие органы власти, их, к сожалению, нужно распечатать на принтере, так как там работа с электронными документами не налажена. Но мы постоянно общаемся и с Кабинетом министров, и с Национальным банком, и с Министерством экономики, и с Верховной Радой по поводу того, как построить электронный документооборот между институциями. А вообще оцифровка даже внутренних дополнительных документов в администрации требует изменения многих принятых положений. Поэтому где‑то мы движемся быстрее, а где‑то вынуждены делать анализ. Например, сейчас ведем переговоры с компанией PriceWaterhouseCooper, которая за деньги фонда DFID поможет нам проанализировать наши процессы и дальше понять, как их оптимизировать.

— А как вы на них вышли?

— DFID — это фонд Великобритании, который занимается поддержкой разных инициатив правительств. Я встречался с представителями посольства, к примеру с Джорджем Логушем (президент Киевской школы экономики. — «Капитал»), который помог все организовать. Я просто уже не хочу собирать круглые столы и слушать инициативы, цель которых — «освоить деньги». Я хочу видеть результат, который останется стране. Как бывший собственник компании (до «Майкрософт Украина» у Шимкива был собственный бизнес. — «Капитал») я понимаю: если мы проедим деньги, у нас ничего не останется. Любой бизнесмен скажет: нужно постоянно создавать добавленную стоимость и реинвестировать. То же самое должно происходить и в государстве: все привлеченные средства должны работать на государство, создавая фундамент для дальнейших действий.

— По вашим оценкам, сколько денег надо для внедрения электронного документооборота?

— Сейчас идет процесс оценки. Необходимо менять также ІТ-инфраструктуру, потому что со старой все не будет работать. Есть вопрос людей, ресурсов, стоимости техники. Думаю, в администрации президента это будут миллионы гривен. Если мы зайдем в Кабмин — там затраты будут еще больше.

Моя задача здесь: привлечь внешние средства, доноров, волонтеров — инженеров и программистов. Потому что двигаться в светлое будущее на волах — это, конечно, экономный вариант. Но куда мы доедем?..

— Если говорить о сроках: в лучшем случае, когда украинцы уже смогут получать электронные административные услуги?

— Я считаю, что в следующем году мы уже должны предоставлять сервисы гражданам.

— В рамках реформы Госинформнауки предусматривалось создание нового государственного агентства, которое будет отвечать за электронное правительство. Но этот процесс еще в июле остановился. Почему?

— Насколько мне известно, такое агенство уже создано. Возглавляет это направление Александр Рыженко, и в общем наше видение совпадает. У них есть рабочая группа, состоящая из экспертов. У меня здесь тоже работает эксперт на деньги фонда «Відродження», который занимается внедрением ІТ-систем и вопросами электронного правительства.

В процессе работы мы с командой Владимира Гройсмана (вице-премьер-министр — министр регионального развития, строительства и ЖКХ. — «Капитал») находим островки зарабатывания денег и способы их уничтожить правовыми методами. Например, во всем мире электронная цифровая подпись ни у кого не вызывает проблем: один удостоверяющий орган, все бесплатно. Если вам выдали сертификат в Миндоходов, вы можете его же предъявлять в МВД. А у нас за это собирали деньги, придумали процедуру…

— Один из основных вопросов, который сейчас интересует телеком-рынок, — это выдача лицензий на связь 3G. Между президентом и Кабмином есть противоречия в разных сферах, в том числе и в этой…

— Скажем так: мы находимся в конструктивном диалоге.

— Насколько нам известно, в Кабмине тоже есть человек, который занимается вопросами внедрения 3G. Как выяснил «Капитал», это министр Остап Семерак. Его советник Андрей Бургомистренко ранее занимался маркетингом в компании «Укртелеком», а сейчас является советником наблюдательного совета этой компании.

— Даже так! Ну тогда это все объясняет.

История такова: Кабмин предлагает выдать одну лицензию на 3G, а деньги направить в бюджет и уже оттуда — военным. Те в свою очередь говорят: «В таком случае мы этих денег никогда не увидим. А нам нужно конверсию делать».

Мы считаем — и это позиция администрации президента: должны продаваться все три полосы. Цена на них должна быть максимизирована. Операторы готовы профинансировать конверсию. Мы со своей стороны готовы сделать это прозрачно, публично, но только чтобы военные и государство получили деньги. А не как это было сделано когда‑то, когда лицензию получал «Укртелеком».

Ведь эта компания, по сути, монополист, владеющий 3G-лицензией (через дочернее предприятие «Тримоб». — «Капитал»). Но «Укртелеком» почему‑то не развивает свою сеть. Что это означает? А то, что он неэффективно использует государственную монополию — радиочастотный ресурс. По логике вещей, в таком случае ее нужно было бы либо развивать, либо у него забрать.

О том, что «Укртелеком» ищет покупателя на «Тримоб», только ленивый не знает. Но какова стоимость этого актива? Чтобы это узнать, нужно провести конкурс и продать всего одну лицензию. На телеком-рынке Украины есть всего три оператора, которые могут внедрить 3G. Если только один из них получит лицензию, остальные драться не будут — кто‑то из них сможет купить «Тримоб». То есть на рынке эти деньги будут, но они пойдут в обход государства. На совещаниях у Остапа Семерака я сказал, что такой вариант не поддерживаю.

— Наши источники в Кабмине говорят, что недавно премьер-министр Арсений Яценюк встречался с турецкими акционерами компании «Астелит» (life:)), которые якобы готовы отдать 2 млрд грн за лицензию. Один из аргументов в поддержку life:) — то, что эта компания без российского капитала в отличие от «МТС Украина» и «Киевстара»…

— Я не хотел бы комментировать эту встречу, но скажу свое видение в целом. Есть оператор с российским капиталом «МТС Украина», но он работает в Украине и по украинским законам. Если есть доказательства, что он эти законы нарушает, тогда нужно принимать меры. Если он работает в рамках закона, какие могут быть претензии? Мы должны действовать правовыми методами. Тем более — члены правительства, чиновники. Я не защищаю никого, но это моя позиция.

Та же история с «Киевстаром», у которого тоже российский капитал. Ее акционер — публичная компания, которая торгуется на Нью-Йоркской фондовой бирже (Vimpelcom Ltd. — «Капитал»), и к ней ни у кого нет претензий. То, что Turkcell собирается инвестировать в «Астелит» — это нормально. Но опять‑таки, там еще один акционер есть…

— Да, холдинг СКМ Рината Ахметова.

— А кто «Укртелекомом» владеет?

— Тоже СКМ.

— Ну вот… Я в общем что хочу сказать: влиять на Кабмин я не могу, но пытаюсь донести правительству эту позицию. Пытаюсь объяснить, что через три года (Кабмин предлагает выдать остальные лицензии через три года. — «Капитал») мир будет другим. Даже через год уже станет актуальным внедрение 4G. А там нужно делать рефарминг при участии всех операторов.

— Как вам кажется, чьи аргументы — ваши или Кабмина — сыграют ключевую роль в окончательном решении?

— Мы боремся! Наша позиция близка и Национальной комиссии по вопросам регулирования связи и информати­зации.

— Есть ли планы по реформированию Госслужбы интеллектуальной собственности?

— Это к Минэкономразвития. Я с проблемой нарушения прав интеллектуальной собственности боролся много лет, еще будучи руководителем «Майкрософт Украина». Данные Госслужбы, согласно которым у нас 33 % софта в госорганах уже легализовано, не соответствуют действительности. Я просто знаю, как наши госорганы манипулируют цифрами.

Мне недавно одно ведомство принесло отчет: все школы Киева подключены к интернету. Я сел и самостоятельно нашел через Facebook учебные заведения, где подключен только кабинет директор или завуча, или же вообще нет интернета, и показал им. После этого дали уже другие данные — 81 %. Такие проблемы не нужно скрывать, их надо поднимать и искать пути решения.

— Госдепартамент интеллектуальной собственности США, который раньше предъявлял Украине претензии, сейчас молчит?

— Все понимают, какая в Украине ситуация. Я недавно встречался с американцами, они готовы ждать. Но только если с нашей стороны будет готовность вести переговоры. Мы должны выбрать организацию управления коллективными правами, решить проблемы легализации и выплаты роялти. Надеюсь, руководство Госслужбы интеллектуальной собственности серьезно займется этим. Если нет — тогда это будет еще одна сфера, которую возьму на себя.

— По вашему мнению, какой может быть реальная доля украинского интеллектуального продукта в ВВП страны? Может ли Украина, например, как Польша, перестать ориентироваться на сырьевую экономику, а делать акцент на услугах? Какую роль может в этом процессе играть развитие экспорта ІТ-услуг?

— Сегодня в Украине аутсорсится не только ІТ, но и художники-дизайнеры, музыканты — мы кино снимаем для других государств, наши сценаристы на них работают. У нас огромное количество талантов, которые могут работать на страну. Мне кажется, в ближайшее время этот потенциал понадобится в оборонной отрасли, как это было у Израиля. Посмотрите, сколько военных технологий и инновационных вещей придумали в Израиле — это первое место в мире по военным патентам. В Израиле 300 центров разработки иностранных компаний, а у нас — один, компании Samsung.

Данные Госслужбы интеллектуальной собственности, согласно которым 33 % софта в госорганах уже легализовано, не соответствуют действительности. Я просто знаю, как наши госорганы манипулируют цифрами

Теперь давайте посмотрим на программистов, кто это такие. Это белые воротнички, креативный класс, как художники и журналисты. Как на этом заработать? Нужно сделать специальные условия.

— Вы имеете в виду в первую очередь налоговые льготы?

— Это могут быть налоговые льготы и каникулы, гарантии от государства. Мы должны создать такой себе «офшор для талантов»: поляков, россиян, украинцев, которые хотят зарабатывать больше.

Дания в свое время переманила R&D-центры из Финляндии и Швеции к себе очень просто: она ввела налоговые льготы для людей, которые получают зарплату значительно больше определенного уровня, для «креативного класса». Если вы, например, инженер-ученый, то получаете серьезную зарплату. У вас есть семья, которую вы также перевозите в другую страну, стимулируя вокруг себя экосистему: вы употребляете определенную продукцию, ваши дети ходят в школу и общаются со сверстниками. Каждый такой человек вокруг себя создает экосистему. Вот Дания построила такие R&D-центры, собрала таких людей и сказала: вы здесь на четыре года и работаете на фиксированном налоге. И это подействовало. Наша задача: создать такую же среду. Да, нам придется где‑то ужаться в налогах, но это лучше, чем если эти компании будут находиться в стране Х и платить налоги там.

— Вы лично будете продвигать такие реформы?

— Конечно! Это стратегический вопрос.

 

Досье

Дмитрий Шимкив родился в 1975 г. во Львове. Образование получил во Львовском государственном университете «Львовская политехника» на факультете телекоммуникаций, радиоэлектроники и электронной техники, а позже — в Гарвардском институте государственного управления им. Джона Ф. Кеннеди.

В конце 1990‑х уехал в Данию, где начал работу в компании ALTA Copenhagen. По возвращении в Украину в 2000 г. основал собственную компанию Alfa Team. Через два года ее приобрела датская корпорации ALTA A / S, а Шимкив возглавил R&D-отдел в Дании, Украине и США. С 2002 по 2006 г. он руководил этой компанией в Восточной Европе. В 2006‑2007 гг. возглавлял восточноевропейское подразделение американской IT-компании RedPrairie, параллельно работая в украинском представительстве Американской торговой палаты.

В «Майкрософт Украина» пришел в 2007 г. на должность директора по продажам в корпоративном сегменте. В 2009 г. стал ее генеральным директором. 9 июля 2014 г. назначен заместителем главы администрации президента по вопросам проведения административных, социальных и экономических реформ.

Завантаження...
Комментарии (0)
Для того, чтобы оставить комментарий, Вы должны авторизоваться.
Гость
реклама
реклама