Интересы

благотворительность

Аптекарь Иван Эйсман бесплатно отпускал лекарства бедным киевлянам

Иоганн-Сигизмунд Эйсман родился в 1794 году в Австрии — в городе Залещики (сейчас Тер­но­польская область). Пасто­ром, подобно своему отцу, он не стал — выучился на аптекаря и нашел работу в Радомышле (ныне город в Житомирской области). В марте 1812 года Эйсман-старший стал пастором в Киеве. А спустя шесть лет перебрался в этого город и Иоганн-Сигизмунд. Здесь он поменял документы, став Иваном Федоровичем.

В марте 1818 года Эйсман-младший купил половину дома на Печерске, в начале современной Старонаводницкой улицы. Заплатил 11 тыс. рублей ассигнациями. Аптеку разместил на первом этаже, а сам поселился на втором. В эту квартиру спустя два года привел жену Елену-Эмилию, здесь у них родился сын Густав.

Все для бедных

Аптека Ивана Федоровича, хоть и находилась далеко от оживленного центра города, довольно быстро завоевала известность у киевлян. Ведь бедным здесь лекарства отпускали бесплатно. Это была не просто благотворительность — молодой аптекарь осознавал социальную ответственность бизнеса, связанного со здоровьем людей.

Когда в Киеве вспыхнула эпидемия холеры, Эйсман не стал наживаться на чужой беде. При временной больнице для больных холерой он оборудовал за свой счет аптеку с посудой и всеми принадлежностями. Деньги за лекарства с пациентов не брал. Также бесплатно поставлял лекарства в Печерскую и Подольскую больницы. Всего за время эпидемии аптекарь бесплатно отпустил лекарств на огромную сумму — 2459 руб. 41 коп . (для сравнения: на 72 коп. можно было обеспечить одного человека мясом на весь год. — «Капитал»). За проявленную сердечность и благотворительность медицинская управа Киева представила Ивана Федоровича к ордену Святой Анны III степени. Однако в Петербурге, как ни странно, ходатайство отклонили.

Эйсман организовал сбор различных лекарственных трав на околицах Киева. В 1829 году сдал губернской медицинской управе 1003 пуда растений (16,4 т)! И, опять же, старался не ради денег — ему хватало доходов от аптеки. В письме, адресованном в управу, Эйсман объяснил: «Я желаю отдать растения в казну по тем же ценам, что стоили мне при сборе, и даю бесплатно мешки». Хотел, чтобы в случае новой эпидемии город не остался без лекарств.

Эйсман vs. военные

В 1830 году император Николай I утвердил план строительства в Киеве новой Печерской крепости. Напротив дома Эйсмана предполагалось построить объект «Круглая башня № 4». В феврале 1834 года командир Киевской инженерной команды подполковник Иосиф Потто обратился в Киевский строительный комитет с письмом, утверждая, что «химический огонь» аптекаря, изготавливающего в своей лаборатории разные снадобья, грозит пожаром будущей башне. И напомнил, что по закону имущество частных лиц не должно соседствовать с казенным.

Строительный комитет поручил старшему полицмейстеру Михаилу Цяв­лов­ско­му и городскому архитектору Людвику Станзани осмотреть дом Эйсмана. Они доложили, что лаборатория аптекаря находится в дальнем от башни углу усадьбы и «опасности от нее не ожидается».

Спустя полгода, в сентябре, подполковник вновь попросил строительный комитет «разобраться» с домом Эйсмана. На что полицмейстер Цявловский ответил: дом стоит на этом месте более 30 лет, и все сооружения в усадьбе построены с разрешения начальства. Однако подполковник не успокоился. В августе 1835 года он опять потребовал снести дом Эйсмана. Полицмейстер, явно теряя терпение, сухо разъяснил, что дом аптекаря не внесен в перечень зданий, предназначенных для сноса ввиду строительства крепости.

Казалось бы, в истории поставлена точка. Но нет — 9 апреля 1836 года в доме Ивана Федоровича вспыхнул пожар. Расследование показало: это был поджог. Вначале загорелся чердак, затем пламя охватило весь дом, потом перекинулось на лабораторию. В итоге сгорело все, включая медикаменты и аптекарские травы. Ущерб, нанесенный Эйсману, составил 150 тыс. рублей.

Нельзя, но можно

Аптекарь обратился к гражданскому губернатору Федору Переверзеву за разрешением построить на том же участке новый каменный дом с отдельным помещением для аптеки. И тут оказалось, что на новом плане 1835 года владения Эйсмана окрашены в лиловый цвет. Это значит, что земельный участок не подлежит изъятию в пользу крепости, однако… строить там ничего нельзя.

Ошеломленный аптекарь вновь написал губернатору. Объяснил, что в этом случае он полностью разорится. Напомнил о своих заслугах перед городом и попросил все же разрешить ему строительство. На сей раз военное ведомство позволило строить дом со всеми необходимыми для аптеки сооружениями. Однако с условием: часть своей усадьбы Эйсман должен «добровольно» уступить батальону военных кантонистов (так называли несовершеннолетних сыновей нижних чинов). Сообщая эту новость, губернатор поинтересовался, доволен ли Иван Федорович результатом?

14 тыс. руб. - на такую сумму за пять лет Иван Эйсман бесплатно предоставил медикаменты Институту благородных девиц в Киеве

Нет, аптекарь доволен не был. Еще год он потратил на отстаивание своих интересов. В итоге и земельный участок сохранил, и право на строительство не потерял. Военное ведомство, впрочем, нанесло ответный удар — уточнило, что все постройки в усадьбе Эйсмана должны быть исключительно деревянными.

Кантонисты и девицы

Батальон военных кантонистов разместился в 1839 году в казарме, построенной на соседнем с Эйсманом участке. Вскоре оказалось, что личный состав — более двух тысяч подростков — постоянно болеет. Однако ни своей аптеки, ни медикаментов у батальона не было. Иван Федорович немедленно обеспечил будущих солдат необходимыми лекарствами — разумеется, безвозмездно. А в следующем году выделил им, опять же бесплатно, медикаментов на сумму 9 тыс. рублей ассигнациями. Медицинская управа в знак благодарности представила аптекаря к ордену Святого Станислава III степени. Однако, как и в прошлый раз, Петербург отклонил ходатайство.

Столь странное отношение столичных чиновников к своей персоне вовсе не охладило желание Эйсмана делать добрые дела. Он взялся опекать киевский Институт благородных девиц. За пять лет — с 1840 по май 1845 года — бесплатно предоставил этому учебному заведению медикаментов на 14 тыс. рублей.

Коллеги-конкуренты

В 1852 году Иван Федорович решил оставить земельный участок, за который так долго сражался. В письме генерал-губернатору Дмитрию Бибикову объяснил, что из‑за строительства крепости на Печерске снесли множество домов, а людей отселили. Аптека, лишившись большинства клиентов, перестала приносить прибыль. А потому просил разрешения перенести ее в центр Киева — на Владимирскую улицу, где он как раз заканчивал строительство собственного дома. Чтобы не оставить без лекарств немногочисленных жителей Печерска, Эйсман предложил на прежнем участке сохранить филиал аптеки — временно, пока не отселят всех жителей.

Генерал-губернатор, в соответствии с тогдашними правилами, поинтересовался мнением других киевских аптекарей. Коллеги-конкуренты дружно высказались против. Мол, открытие в центре еще одной аптеки разорит всех. К тому же закон не позволяет одному владельцу иметь две аптеки. А Эйсман, если хочет уйти с Печерска, пусть осваивает Куреневку, где людям вообще негде купить лекарства… Словом, Иван Федорович остался на прежнем месте. Тем более что с началом Крымской войны приостановилось строительство крепости, а заодно и отселение людей.

Знаменитый киевский аптекарь и благотворитель умер 13 апреля 1862 года. Он оставил после себя множество домов и незастроенных земельных участков, расположенных по всему Киеву. А также кирпичный завод, доходы от которого позволяли ему содержать семью в период многолетних тяжб в связи с восстановлением сгоревшего дома. Всю эту недвижимость унаследовали вдова Елена-Эмилия и сын Густав, ставший со временем мэром Киева.

Завантаження...
Комментарии (0)
Для того, чтобы оставить комментарий, Вы должны авторизоваться.
Гость
реклама
реклама