Мнения

выборы

Лебедь – Витренко – Мураев или Ледоколы раскола

Лебедь – Витренко – Мураев или Ледоколы раскола

Политические технологи похожи на военных стратегов: каждый из них мечтает воспроизвести на практике некую блестящую операцию, вошедшую в историю. Так выдающийся прусско-германский стратег Альфред фон Шлиффен в своем эпохальном труде «Канны» показал, как на протяжении столетий полководцы пытались воспроизвести на поле боя разгром римского войска карфагенскими наемниками под Каннами путем окружения меньшими, но более маневренными силами превосходящих по численности, но уступающих в подвижности противников. Более того, идея «устроить противнику Канны» витала над целым рядом решительных сражений даже Второй мировой...

У политтехнологов постсоветского пространства аналогом военных Канн является электоральная победа Бориса Ельцина в 1996 году и ее «младшая сестра» — успех Леонида Кучмы в 1999-м.

Напомним, что в президентскую избирательную гонку Борис Ельцин вступил с рейтингом в 6-8%, в несколько раз отставая от лидера КПРФ Геннадия Зюганова. Компания действующего президента шла на надрыве «Голосуй или проиграешь!», когда рядового избирателя «пужали» предсказаниями ужасов «коммунистического реванша». Однако, непосредственно кампания Ельцина [опиравшаяся на самые откровенные формы административного ресурса] была только элементом большой интриги, в которую входила:

• раскрутка популярного генерала Лебедя, отбиравшего у Зюганова голоса националистов и антилибералов, а потом в благодарность — перед вторым туром — получившего пост секретаря Совета Национальной безопасности РФ;
• антикоммунистический, а не антиельцинский уклон кампании лидера ЛДПР Владимира Жириновского;
• дезориентация центристского избирателя через «тройственный» предвыборный союз Григория Явлинского, Александра Лебедя и Святослава Федорова, распавшийся накануне выборов;
• и т.д.

В результате, во втором туре голосование свелось не «за Ельцина» vs «за Зюганова», а «антикоммунисты» vs «коммунисты», в котором первых оказалось больше.

Кампания по переизбранию Леонида Кучмы в 1999 году во втором туре носила аналогичный характер. Но, с тем важным нюансом, что исход его противостояния с лидером КПУ Петром Симоненко был предопределен изначально. Потому главной задачей предвыборной стратегии команды действующего президента было выйти во второй тур именно с коммунистом Симоненко, а не с электорально неудобным социалистом Александром Морозом.

В данном случае личная кампания действующего Президента в первом туре была обставлена следующими интригами:

• дана относительная «свобода действий» Петру Симоненко, при этом вся мощь и пропаганды, и админресурса работала против Александра Мороза;
• на левом фланге активно «раскручивалась» лидер Прогрессивно-социалистической партии Наталья Витренко, в конце концов «споловинившая» рейтинг Мороза;
• для дезориентации лево-центристского и лево-националистического избирателя поддерживалась интрига с «Каневской четверкой» кандидатов, где было три «гетьмана» — Александр Мороз, спикер ВР Александр Ткаченко и экс-глава СБУ Евгений Марчук [в роли «рядового» выступал мэр Черкасс Владимир Олийнык]. Последний из упомянутых «гетьманов» — по законам национального жанра — был еще и «засланным казачком», что привело «Каневскую четверку» к развалу в самый канун первого тура, а Евгения Марчука перед вторым туром — в кресло секретаря Совета Национальной Безопасности и обороны Украины;
• националистический электорат был раздроблен в результате раскола РУХа. В итоге, оппозиционному крылу во главе с Юрием Костенко пришлось на выборах бороться не столько с «режимом Леонида Кучмы», сколько с провластным крылом бывших однопартийцев во главе с Геннадием Удовенко. Эта «внутрируховская» борьба привела к тому, что большинство сторонников национал-демократов уже в первом туре перешло к Кучме, а оба «руховца» набрали 5% на двоих.

Как мы видим, аналогии между этими двумя «эталонными» [в рамках постсоветского пространства] кампаниями существуют, но, разумеется, с множеством нюансов. И если мы обратимся к ныне разворачивающейся кампании действующего Президента Украины, то, возможно, нюансы «перевесят» аналогии.

В нашем случае, самый опасный противник Петра Порошенко — Юлия Тимошенко, а желательный оппонент...

А время ли рассуждать о желательном, если проблемой является сам выход во второй тур?! «Неизбежная» ЮВТ и ожидаемый «единый кандидат от Юго-Востока» означают отсутствие во втором туре строки с графой «должность — Президент Украины». Эти оппоненты Президента набирают свои голоса в разных электоральных группах, а потому выход во второй тур «единого кандидата от Юго-Востока» означает гарантированное непопадание туда Гаранта, у которого [на сегодня] не просматривается ресурс, чтобы догнать ЮВТ.

Именно поэтому командой Президента вполне логично — сообразно нелегким обстоятельствам — была выбрана следующая стратегия первого тура: «любой ценой выйти во второй». Задача в такой постановке имеет вполне конкретное решение — не пустить во второй тур «единого кандидата от Юго-Востока» и вывести туда Президента. Параллельно команда Порошенко будет пытаться ослабить Юлию Тимошенко так, чтобы «отколотые» голоса в первом туре не вернулись к ней во втором [что лежит в сфере политических технологий, хотя и представляется маловероятным].

Но, опять-таки, первоочередной задачей Банковой является раскол в лагере "Оппоблок"/"За Жизнь!" И, как мы видим, за решение этой проблемы на днях активно взялся Евгений Мураев, объявивший о создании собственного политического проекта и выдвинувший замечательный тезис [в эфире телеканала ZiK] о том, что объединение оппозиции выгодно только Порошенко. Мол, у действующего Президента есть только один шанс остаться на второй срок — выйти во второй тур будущих президентских выборов с кандидатом от «объединенной оппозиции»: «Для кого сейчас выгодно объединение оппозиции? Для Тимошенко? Оппозиционного блока? Или Порошенко? Я считаю, что это выгодно только одному человеку».

Честно говоря, объяснение весьма экзотическое — давайте расколемся и не выйдем во второй тур, чтобы навредить Президенту... В АП аплодируют стоя...

Но, как автор уже указал выше, как раз выход «единого кандидата от Юго-Востока» во второй тур — это практически 100%-й невыход туда Петра Порошенко. Конечно же, шансов у этого «единого кандидата» немного, но его выход во второй тур при невыходе туда Петра Порошенко — это максимально возможный электоральный успех многомиллионного электората, которому уже на официальном уровне отказывают в наличии собственных политических взглядов и интересов.

Евгений Мураев же, вместо этого de facto предлагает вполне национальную игру под названием «кто станет первым из непроходных?!» При этом главными проигравшими будут миллионы избирателей, отдавших голоса за участников этой игры...

P.S. Сегодня все социологические службы фиксируют не только огромное количество неопределившихся [минимум — ок. 40%], но и значительное количество отказов отвечать на вопросы интервьюеров. При этом, доля «затруднившихся ответить» и «отказников» на Юго-Востоке существенно превышает этот показатель на Западе и в Центре. В ситуации равной мобилизации — а она возможна только в случае «единого кандидата от Юго-Востока»! — мы можем получить ситуацию электорального равновесия: отсутствие избирателей Крыма и ОРДЛО вполне компенсируется отъездом миллионов «заробитчан» противоположных политических взглядов.

Завантаження...
Комментарии (0)
Для того, чтобы оставить комментарий, Вы должны авторизоваться.
Гость
реклама
реклама