«Джон Уик-3»: Чем Киану Ривз и Чад Стахелски удивят зрителей в этот раз

8212
«Джон Уик-3»: Чем Киану Ривз и Чад Стахелски удивят зрителей в этот раз

Киану Ривз и режиссер, а ранее его дублер из «Матрицы» Чад Стахелски обзавелись новой успешной трилогией — «Джон Уик-3» совершает кассовые и эквилибристические трюки в прокате и не думает останавливаться.

После того, как элитный киллер и достойный сын Беларуси Джон Уик (Киану Ривз) открыл огонь на территории гостиницы «Континенталь», он был объявлен «экскомьюникадо» — и теперь, благодаря другу Уинстону (Иэн МакШейн), у него есть всего час: по истечении отведенного времени все наемные убийцы мира начнут на него охоту. Однако прежде чем бежать из Нью-Йорка, Уик решает заскочить в публичную библиотеку за жизненно важной заначкой, которая хранится в «Русских народных сказках» Александра Афанасьева, — но недруги находят его и там, так что киллеру по прозвищу Баба-яга приходится уходить от преследования на коне.

Четыре года назад «Джон Уик» реанимировал карьеру Киану Ривза и здорово переизобрел заскорузлый жанр боевика, а когда вторая часть оказалась даже круче первой, это стало весомым поводом для разговоров о том, что бывший каскадер (и дублер Ривза в «Матрице») Чад Стахелски, кажется, вдохнул в экшен новую жизнь. В третьей части он не сбавляет оборотов, но добавляет в сюжет, и так набитый развесистой клюквой, еще больше абсурда. Когда Киану Ривз вскакивает на коня и мчится по утопающему в неоне ночному городу, в нем видится даже не Арнольд Шварценеггер из «Правдивой лжи», а всадник Апокалипсиса, наподобие Арьи из пятой серии «Игры престолов» (кстати, в третьем «Джоне Уике» появится и Бронн).

То есть франшиза становится все больше похожа на сказку, но не русскую (с помощью Афанасьева герой Ривза лишь виртуозно убивает людей), а арабскую. Где‑то в середине фильма Уик отправится в Касабланку, где его ждет незабываемая встреча с героиней Халле Берри, которая тоже мастерски умеет стрелять по людям (впрочем, для этого ей, как и Ривзу, пришлось хорошенько тренироваться), а также блуждание по пустыне в поисках Старейшины (Саид Тагмауи), который, словно синий Джинн из грядущего «Аладдина», может помочь отпустить ему грехи, ведь к нему прислушивается даже Правление кланов.

Меж тем прошлое Уика все также остается окутано тайной: мы только узнаем, что он белорусский сирота по имени Джордани Йованович, а его воспитанием занималась Режиссер (Анджелика Хьюстон) — член криминального «высокого стола» и балетный хореограф. Так что у франшизы остается пространство для маневра, если она вдруг решит разрастись — а ей есть куда развернуться: с каждой новой серией экшен в картинах становится все более виртуозным. В третьем фильме, например, есть невероятная гонка на мотоциклах, марокканская разборка с участием двух разъяренных овчарок, карпентеровского толка нападение на «Континенталь» и перестрелка в стеклянной комнате, которая была и во втором фильме, но тут она достигает уровня пряток в зеркальном лабиринте из уэллсовской «Леди из Шанхая».

На роль главного антагониста был выбран Марк Дакаскос, герой которого говорит со смешным восточным акцентом и является тайным воздыхателем Уика (хотя и его полной противоположностью: в отличие от Джона, он кошатник, а не собачник). Эта гомоэротическая линия, пожалуй, самое смешное, что есть в фильме, который в остальном окончательно превращается в кинематографический дивертисмент. Драматургия «Джона Уика» — это драматургия боевой хореографии, смертельных номеров. Они скрепляют необязательный в целом сюжет, который также условен, как в каком‑нибудь «Лебедином озере» — или в балетной постановке «История двух волков», которую показывают внутри фильма в Театре Тарковского. Важно заметить, что если предыдущая часть только предполагала сравнение уиковского экшена с балетом, то в третьем фильме нам уже показывают сам балет, — а чтобы метафора стала до конца очевидной, героиня Анджелики Хьюстон говорит, что искусство — это боль.

И тут можно было бы порассуждать о том, что любое искусство невозможно без насилия и боли, а трилогия Чада Стахелски не только отличный каскадерский боевик, но и своего рода манифест такого рода развлечения, боевая хореография, очищенная от большого нарратива, — но все это не стоит того. Ведь в конечном счете «Джон Уик» не то кино, из которого выносят мысли. Это кино, из которого выносят тела.

Источник

Комментарии (0)
Для того, чтобы оставить комментарий, Вы должны авторизоваться.
Гость
реклама
реклама